Министр внутренних дел Иван Кубраков заявил, что нынешние выборы были самыми тихими за всю историю страны. В итоге ЦИК объявил, что у Александра Лукашенко 86,82% голосов. Может ли этот рекорд повлиять на поведение властей и снизить уровень репрессий, а то и вовсе их остановить?
Выборы-2025, как и любая электоральная кампания после прихода в 1994 году к власти Александра Лукашенко, не являются ни честными, ни свободными. Подробнее о том, как режим десятилетиями крадет голоса беларусов и беларусок, мы рассказали в проекте «Без выбора».
«Ожидать серьезных изменений в ближайшее время не стоит»
Юрист «Вясны», бывший адвокат Павел Сапелко говорит, что пока правозащитники не отмечают каких-либо признаков, указывающих на готовность властей остановить репрессии. Или хотя бы пойти на снижение градуса напряжения в обществе.
— Если этот процесс и начнется, то он не будет проходить быстро, — уверен правозащитник. — Мы будем по-прежнему внимательно фиксировать происходящее и делать из этого выводы. Но, по моим представлениям, ожидать каких-то серьезных изменений в ближайшее время не стоит.
Никаких примет грядущей политической оттепели пока не видит и BELPOL. Его представитель и экс-сотрудник уголовного розыска Владимир Жигарь говорит, что сигналы об этом они пока не получали.
— Насколько нам известно, все останется ровно так, как есть, — констатирует бывший силовик. — Режим поднял градус в обществе, Лукашенко все еще сильно напуган. Он прекрасно понимает, что даже такое небольшое послабление может привести к расшатыванию внутри так называемого силового блока. Нет никаких предпосылок для смены вектора.
«Скажут бить — будут бить»
Директор института «Политическая сфера» Андрей Казакевич говорит, что для остановки репрессий у руководства Беларуси есть все механизмы. Эксперт уверен, что сделать это можно «одним днем», просто отдав приказ силовикам.
— Я считаю, что репрессии можно остановить по приказу, никакой сложности в этом нет, — отмечает он. — Если силовиков не будут поощрять за такого рода деятельность, то они не будут ее делать. Аппарат работает как бюрократический механизм: скажут бить — будут бить, скажут не бить — будут бить кого-то другого. В конце концов, у силовиков работы хватает — есть обычная преступность.
Однако Владимир Жигарь уверен, что репрессивная инертность в системе настолько велика, что даже после получения приказа от руководства силовики не сразу смогут остановиться.
— Эта жесткость прекратится только тогда, когда сама система начнет жестить в отношении тех, кто это делает сейчас, — считает Жигарь. — То есть, чтобы это остановилось, самой системе придется останавливать так называемых правоохранителей. Представить, что это произойдет мгновенно или в ближайшее время, попросту невозможно.
Павел Сапелко обращает внимание, что уже 27 января Следственный комитет сообщил о возбуждении уголовного дела в отношении пришедших на акции протеста за границей в день президентских выборов. Силовики заявили, что знают личности 365 участников, им угрожают проблемами. По мнению Сапелко, это свидетельствует об отсутствии у властей намерений прекратить репрессии.
— Если возбуждение этого уголовного дела будет сопровождаться процессуальными действиями вроде ареста имущества, обысков, допросов родственников, брутальными проникновениями в жилые помещения, где прописаны выехавшие за границу люди, то мы это будем расценивать, конечно же, как репрессии, — предупреждает юрист «Вясны». — Так уже было с теми, кто выходил на акции протеста за пределами Беларуси в 2024 году. И это вполне укладывается в риторику властей, которые не оставляют надежды погасить протест во всех его проявлениях.
Поблагодарить за статью