Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Жители деревни пожаловались на закрытие единственного продуктового магазина, власти обвинили их в том, что он был убыточен
  2. Цены на некоторые продукты в Беларуси резко подскочили, но кое-что и подешевело. Какие товары изменили цену сильнее всего
  3. «Ну что, построили они этот забор… Угрохали сотни миллионов». Лукашенко прокомментировал инцидент на границе с Латвией
  4. «Знаю людей, которые купили себе квартиры». Как беларусский райцентр стал «игрушечной столицей» — а потом потерял это звание
  5. «Тигров кормить было нечем?» Белгосцирк ищет полтора десятка работников, в том числе через Threads
  6. Трамп призвал Украину сменить президента. Зеленский ответил на это своим предложением
  7. Представитель НАТО назвал цифры российских потерь в Украине за прошлый месяц
  8. Макс Корж произнес одну из своих самых длинных антивоенных речей на концерте во Франкфурте
  9. На первую половину вторника объявили желтый уровень опасности из-за заморозков
  10. «Мы уже предупредили об этом Лукашенко». Киев может ввести санкции против беларусских мобильных операторов
  11. «Может, и войны избежать удастся». Лукашенко заговорил о сотрудничестве с Литвой и Польшей
  12. Трагически погибла совладелица крупнейшего беларусского медицинского бизнеса в Польше Наталья Борухова
  13. «Минсктранс» похвастался новыми троллейбусами-гигантами, в комментариях люди стали писать о проблемах городского транспорта. Каких?
  14. «Лукашенко нельзя назвать даже младшим партнером Путина». Кит Келлог о роли Лукашенко в переговорах США и России


/

По «делу Гаюна» проходят более 100 фигурантов, имена 89 из них известны публично. Более 50 человек уже получили приговоры, сообщил проект dissidentby. В приговорах суда повторяются российские нарративы про демилитаризацию и денацификацию, а вторжение в Украину называется «специальной военной операцией».

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: ПЦ "Весна"
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: ПЦ «Весна»

Всех фигурантов «дела Гаюна» судят по статье 361−4 УК (Содействие экстремистской деятельности). Беларусские суды при вынесении приговоров почти буквально повторяют риторику Кремля, dissidentby приводит фрагмент из одного из документов:

«…в точно не установленный период времени, но не позднее ** ** *** 2023 г., находясь на территории Республики Беларусь и г. (более точное место не установлено), имея умысел на иное содействие экстремистской деятельности, в том числе выражающееся в несогласии с проведением Российской Федерацией специальной военной операции на территории Республики Украины по демилитаризации и денацификации с целью защиты мирного населения, являясь пользователем под учетной записью … и телеграм-бота „Дапаможа Гаюн“».

«Таким образом, на судебном уровне в Беларуси закрепляется язык кремлевской пропаганды, а несогласие с войной квалифицируется как „содействие экстремизму“», — отмечают правозащитники.

По их данным, размер наказания зависит от количества эпизодов и даже от того, что именно было на фото или видео. Есть и своеобразный «рэкет» денег.

«Во время следствия людям предлагают делать „благотворительные взносы“ в различные организации якобы как смягчающее обстоятельство. Такая практика уже существует для тех, кто преследуется за „донаты“. Тем не менее, по нашим статистическим данным, на приговор такие взносы не имеют влияния», — рассказали правозащитники.

«Дело Гаюна»

Напомним, в начале февраля стало известно, что силовики имеют доступ к базе контактов мониторингового проекта «Беларускі Гаюн» — там публиковались материалы, связанные с Беларусью и полномасштабным вторжением РФ в Украину. Руководитель проекта Антон Мотолько публично признал этот факт и через два дня заявил о прекращении работы «Гаюна». В телеграм-канале ГУБОПиК тогда заявляли, что «со 100%-ной вероятностью суды будут давать меньше срок за содействие уже закрытому экстремистскому проекту, чем за все еще действующему». Сразу же стало известно о задержаниях.

К началу лета правозащитники сообщили примерно о 20 фигурантах дела, однако действительное их количество остается неизвестным.

«Учитывая, что силовики имеют базу всех пользователей, которые слали сообщения в бот, а также многочисленные свидетельства тех, кто выходит из СИЗО или ИВС, есть действительно высокая вероятность того, что количество фигурантов может достигать даже тысячи человек», — предполагала сотрудница правозащитного центра «Вясна» Виктория Руденкова.