Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  2. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  3. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  4. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  5. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  6. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  7. Турецкий миллиардер заметил 17-летнюю беларуску и женился на ней. Рассказываем, как сложилась их история и что было после его смерти
  8. «Подругу за пять смен оштрафовали на 140 рублей». Беларусы рассказали, сколько на самом деле зарабатывают на складе Wildberries
  9. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  10. Силовики начали приходить к беларусам за жалобы в TikTok, у некоторых забирают телефоны — СМИ
  11. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  12. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  13. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  14. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  15. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  16. В Китае прошла трехсторонняя встреча Трампа, Си Цзиньпина и Путина
  17. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»


/

На днях авторы YouTube-канала «Саша, что ты несешь?!» обратили внимание, что на Варшавском форуме по безопасности Светлана Тихановская была без обручального кольца. «Белсат» попросил пресс-секретаря лидерки демсил прокомментировать ситуацию, но вопрос остался без ответа. О том, правильно ли публично обсуждать личную жизнь четы Тихановских, в шоу «Как это понимать» порассуждали журналист Глеб Семенов и политический аналитик Артем Шрайбман.

Светлана Тихановская во время Варшавского форума по безопасности, 13 октября 2026 года. Фото: Telegram-канал @tsikhanouskaya
Светлана Тихановская во время Варшавского форума по безопасности, 13 октября 2026 года. Фото: телеграм-канал @tsikhanouskaya

Во время шоу Глеб Семенов поинтересовался, корректно ли обсуждать личную жизнь беларусских политиков в изгнании так же, как это происходит с Александром Лукашенко. В независимых СМИ не раз появлялись статьи о его семейном положении, возможных отношениях и внебрачных детях.

— Это скорее вопрос даже не политический, а из сферы медиаэтики, — отметил Артем Шрайбман. — Я бы сказал, что ответ на него целиком зависит от нашего восприятия политиков в изгнании. Считаем ли мы их еще политиками? Если да, тогда: «Да, однозначно». Особенно учитывая в случае Светланы Тихановской ее политическое происхождение — «я жена своего мужа, которая пошла за ним в политику». Поэтому, если в ее семейном статусе что-то изменилось, это имеет общественную важность.

При этом эксперт снова возвращается к своему первоначальному допущению. А именно: можем ли мы сейчас считать таких лидеров, как Светлана Тихановская, политиками?

— На седьмом году борьбы этих людей за свободную Беларусь мне сложно их как-то функционально отличить от лидеров правозащитных организаций. Например, Алеся Беляцкого. У него, насколько я знаю, замечательная семья, — говорит аналитик. — Но, допустим, фигура типа Алеся Беляцкого разводилась бы. Это достойный повод для обсуждения, для размусоливания в политических медиа? Не уверен. Думаю, у таких людей есть право на частную жизнь.

Глеб Семенов парировал. Для него Светлана Тихановская ближе к политикам, которые борются за власть, чем к правозащитникам. Артем Шрайбман считает иначе.

— Она явный антипод Лукашенко, понимаешь? — не согласился журналист.

— Мне кажется, функционально деятельность Тихановской сегодня — это уже не про борьбу за власть в Беларуси и не про претензию на наши бюджеты, налоги, на какой-то наш мандат, — отметил аналитик.

— Даже если посмотреть с точки зрения ее электората, назовем это так, ее аудитории… — продолжил Глеб Семенов.

— Это очень важно, есть ли у нее еще электорат, — уточнил Артем Шрайбман. — За Тихановскую давно никто не голосовал, и непонятно, когда проголосует. Я вижу в Светлане фигуру из того же ряда, что и другие лидеры адвокации за Беларусь. Эта адвокация может проявляться в разных ипостасях: в общениях с политиками, с дипломатами, в какой-то правозащитной, культурной работе <…>.

Эксперт говорит, что сейчас для него лидерка демсил — одна из «лоббистов Беларуси». По его мнению, у таких людей больше права на личную жизнь, чем у тех, кто открыто заявляет, что будет бороться за власть.

— Если я претендую на ваш голос на следующих выборах, на ваши налоги, соответственно, чтобы вы платили мне зарплату, у меня возникает обязанность рассказать вам больше, чем средний человек, — аргументирует свое мнение Артем Шрайбман. — Мне кажется, что контекст 2020-го в достаточной степени (для меня, по крайней мере) остыл, чтобы я стоял с транспарантом у офиса Тихановской и требовал: «Раскрой информацию, почему сняла кольцо» (смеется).

— Если отвлечься от личности Светланы Тихановской и поговорить абстрактно. Что-то может произойти с имиджем оппозиционного политика в изгнании, если вдруг станет известно о его разводе? — поинтересовался Глеб Семенов.

— Мне хочется думать, что беларусское общество уже зрелое и не судит о людях по тому, удался ли у них брак. Брак может удаться или нет не по вине конкретного человека, да и конкретного политика. Поэтому было бы не очень хорошо, если бы для кого-то это стало фактором, определяющим оценку личности <…>, — отметил эксперт. — Мне кажется, наши люди в целом довольно светские и какой-то религиозной сакральности вокруг темы брака у нас нет. Наверное, только если бы человек делал свое амплуа исходя из традиционных религиозных ценностей, занимался адвокацией в пользу сильной семьи, тогда его развод выглядел бы неким подтверждением лицемерия.

Однако, отмечает Артем Шрайбман, среди беларусских оппозиционных политиков таких «раз-два и обчелся». Причем последние не находятся на лидерских позициях.

—  В случае Светланы, мне кажется, все, у кого уже успело сложиться критическое отношение к Сергею из-за всего того, что он говорил последние месяцы… Полагаю, люди, которые сочувствуют Светлане в этом конфликте, с облегчением вздохнули, узнав эту новость (об отсутствии кольца. — Прим. ред.), — рассуждает Артем Шрайбман. —  Не думаю, что такая информация (о возможном разводе. — Прим. ред.) в 2026 году на кого-то плохо влияет.